Салафитский междусобойчикСалафитский междусобойчик  

Катар пытается оспорить влияние Саудовской Аравии на арабские страны и их периферию. И за это подвергается наказанию

Еще недавно казалось, что Катар распрощался со своей мечтой стать региональным лидером и «серым кардиналом». Проекты Катара в странах «арабской весны» потерпели поражение, впустую потраченные на их развитие миллиарды долларов вызвали возмущение катарских элит (даже устроивших в стране переворот). Взращенная с таким трудом «информационная сабля» — «Аль-Джазира» — полностью растратила свой кредит доверия недостоверными репортажами из пораженных «весной» стран, а игра против интересов Запада (в частности, в Ливии) вызвала обострение отношений с Брюсселем и Вашингтоном. В итоге летом прошлого года эмир Хамад вынужден был отречься от престола, и новым эмиром стал его сын Тамим. Наследник же сразу объявил о смене внешнеполитического курса от экспансии к смирению. И по требованию саудовского руководства в ноябре даже зафиксировал свое обещание на бумаге.

Однако подпись не помешала ему нарушить свое слово. Катар возобновил подрывную деятельность против Саудовской Аравии в арабских странах, а «Аль-Джазира» пытается вернуть свою репутацию за счет острых антиправительственных репортажей из стран Персидского залива и Ближнего Востока (за что журналистов катарского телеканала не раз арестовывали). Но самое неприятное для стран Залива — открытая поддержка Катаром движения «Братья-мусульмане», пропагандирующего модернистские для региона идеи «политического ислама». Эти идеи с их относительной религиозной терпимостью по отношению к другим направлениям ислама, демократическими основами и попыткой совместить достижения прогресса с Кораном смертельно опасны для консервативных монархических режимов Залива.

Попытки вразумить эмира ни к чему не привели, после чего ряд государств Персидского залива отозвал из Катара своих послов и угрожает эмиру Тамиму введением ряда экономических санкций. О причинах возобновившейся экспансии Катара и о последствиях этого для эмирата и всего Ближнего Востока в интервью «Эксперту» рассказал президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский.

 

Сосед на соседа

 

— После начала «арабской весны» и краха диктаторских режимов в странах Ближнего Востока очень быстро выяснилось, что никакой либеральной демократии там не наступит. Единственной альтернативой диктаторам стали исламисты — умеренные (которых поддерживал Катар) и радикальные (за которыми стояли саудовцы). Между ними сразу же началась борьба. И кто в итоге победил? И вообще, как протекает борьба между Эр-Риядом и Дохой за влияние в арабских странах?

— В столкновении с финансируемыми Катаром «Братьями-мусульманами» салафиты (сторонники радикальных толкований ислама, которые обычно финансировались Саудовской Аравией. — «Эксперт») потерпели поражение (пришедшая к власти в Тунисе «Ан-Нахда» тоже по сути является местной вариацией «Братьев-мусульман»). В конечном счете Саудовской Аравии удалось нанести контрудар, и правительство Мухаммеда Мурси в Египте было свергнуто военными, но Катар на этом не успокоился и сейчас переключился на финансирование террористов на Синайском полуострове.

В Сирии Катар (некогда воевавший на одной стороне с Саудовской Аравией. — «Эксперт») взял на себя финансирование группировки ИГИЛ (Исламское государство Ирака и Леванта), противостоящей не только Башару Асаду, но и просаудовским и проаль-каидовским группировкам в сирийской оппозиции. У Катара не изменилось отношение к нынешним сирийским властям (эмир Катара, как и его отец, — один из главных противников Башара Асада), но теперь он больше не хочет поддерживать саудовцев в войне, ставшей для Катара бессмысленной. Изначально речь шла о том, что после свержения Асада катарский газ и саудовская нефть пойдут в Европу, однако сейчас Катар понял, что никакой газопровод через территорию Саудовской Аравии, Иордании, Сирии на Турцию проложен не будет. И не только потому, что сирийская война складывается сейчас в пользу Башара Асада. Катар понял, что Саудовская Аравия просто не пустит катарский газ через свою территорию.

Активно действует молодой эмир Катара и в Ливии. В условиях нынешней нестабильности на территории бывшей Джамахирии Катар отозвал из Сирии ливийскую бригаду (около тысячи боевиков) и перекинул ее обратно в Ливию для борьбы с просаудовскими группировками.

Вообще, в рамках саудовско-катарского противостояния возникают странные альянсы. Так, Мурси свергла армия, которая представляет светские силы. Испокон веков эти силы преследовали салафитов, однако сейчас из-за вражды с Катаром Саудовская Аравия решила поддержать ас-Сиси (фельдмаршал Абдель Фаттах ас-Сиси намеревается выставить свою кандидатуру на выборах президента Египта. — «Эксперт»). В Ливии Катар фактически купил несколько салафитских группировок, а саудовцы арендовали территориальные «бригады» племенных объединений, которые ранее были близки к «Братьям-мусульманам».

— Это противостояние уже вышло за пределы Ближнего Востока?

— Мы наблюдаем жесткое противостояние внутри салафитского тандема Катара и Саудовской Аравии практически по всему исламскому миру, а также по периферии этого мира. В частности, на территории африканских государств. В Эфиопии, например, Катар потеснил интересы Саудовской Аравии. Раньше саудовцы строили в Эфиопии крупные инфраструктурные объекты, но параллельно раскручивали салафитские группировки в Огадене, недалеко от сомалийской границы (этот регион, в отличие от большей части остальной Эфиопии, населен мусульманами. — «Эксперт»). Эфиопское правительство вскрыло эту ситуацию и запретило саудовцам заниматься там религиозной

пропагандой, а также основывать салафитские ячейки. Саудовцы в ответ свернули экономические проекты. Однако на их место тут же пришли катарцы, которым разрешили заниматься пропагандой их мягкого политического ислама (считается, что у Катара салафизм «с человеческим лицом» — например, женщинам можно водить машину).

В Киргизии около года назад практически одновременно открыли два посольства — Катара и Саудовской Аравии. И понятно, что оба эти посольства станут жестко конкурировать за право проведения уже в ближайшем будущем «центральноазиатской весны», которая будет распространяться по Узбекистану и другим странам региона.

В Афганистане у Саудовской Аравии через пакистанскую разведку ISI очень прочные связи c пакистанскими талибами (они действуют на юге Афганистана. — «Эксперт»), но афганских талибов пытается перекупить Катар. Именно для этого было открыто Бюро по связям движения «Талибан» в Дохе. Так что и тут идет смертельная борьба за влияние и власть.

Дипломатическая борьба проходит на фоне традиционной конкуренции двух стран за право называться истинными ваххабитами. Катарская династия считает себя прямыми потомками ибн-Ваххаба, тогда как саудиты, по мнению катарцев, — «мелкопоместные» провинциальные шейхи, которые просто договорились с улемами из родственных ибн-Ваххабу семей.

 

Обещать не значит исполнить

 

— Но ведь новый эмир после отставки отца (вызванной как раз тем, что Катар слишком много на себя брал во внешней политике) пообещал вести менее активную дипломатию, обуздать «Аль-Джазиру» и не подрывать стабильность в соседних арабских странах. В ноябре он даже подписал соответствующие обязательства на встрече с саудовским руководством. Почему он вернулся к активной политике отца?

— Классическая фраза Ближнего Востока — «я обещал, но я не обещал выполнять». Эти обещания были тактическим решением, которое позволило молодому эмиру мирно и спокойно провести замену кадров, в том числе на высшем уровне (он убрал всесильного некогда премьер-министра, а также ряд представителей высшего военного истеблишмента), после чего организовать операцию, которая очень сильно испортила отношения саудовцев с американцами. Фактически Катар именно «слил» Вашингтону чувствительную информацию по Бостонскому теракту и ряду аспектов антиамериканской деятельности принца Турки бен Фейсала и его родственника принца Бандара бин Султана — руководителей Управления общей разведки Саудовской Аравии.

Катарцы дали эту информацию группе «саудоскептиков» в Пентагоне и ЦРУ, которая, в свою очередь, сильно надавила на президента Обаму. В итоге охлаждение американо-саудовских отношений было колоссальным, уровень доверия директора ЦРУ к начальнику внешней разведки Управления общей разведки принцу Бандару бин Султану достиг нуля.

Сейчас впечатление от победы Катара несколько смазано, поскольку вмешался фактор Украины. Обама вынужден модифицировать политику. Невозможно одновременно ссориться с Россией из-за Крыма, с Израилем из-за Ирана и палестинского вопроса, охлаждать отношения с Саудовской Аравией, уходить из Афганистана с перспективой возврата туда талибов, отдать Ирак Ирану, поссориться с египетским военным руководством, лидер которого вот-вот станет президентом. Вспомним, как Обама пытался сохранить у власти Мурси, а когда его свергли, безуспешно требовал от генерала ас-Сиси не запрещать, не судить и не приговаривать к смертной казни «братьев-мусульман». Сейчас американцам нужны союзники для сохранения хотя бы остатков их влияния на Ближнем Востоке — их миропорядка. Поэтому Обама будет пытаться наладить отношения с саудовцами, благо раздражавший американцев принц Бандар бин Султан заменен на фигуру, более близкую к директорату ЦРУ, — на принца Мухаммеда бин Найефа. В свою очередь, отношения Саудовской Аравии и Штатов крайне важны для Эр-Рияда, и их балансирование на грани разрыва крайне опасно для саудовских властей.

— Какую позицию занимают Европа и США в нынешнем саудовско-катарском противостоянии?

— Пока между Катаром и Саудовской Аравией сохраняется статус-кво, они стараются особо не вмешиваться. Европейцы торгуют со всеми — им нужны как саудовская нефть, так и катарский сжиженный газ, а также инфраструктурные проекты во всех странах. Американцы держат свою военную базу в Катаре, у них серьезные отношения с эмиратом в газовой сфере, им нужно, чтобы энергобаланс Европы был перемещен в пользу поставок с Ближнего Востока. И тут им нужен не только катарский газ, но и саудовская нефть. Поэтому они судорожно пытаются сблизить позиции сторон. Правда, без малейшего успеха — арабы здесь демонстрируют удивительное единение в желании передраться.

— А насколько страны Залива поддерживают позицию Саудовской Аравии?

— Речь действительно идет уже не только о саудовско-катарских отношениях. Посла из Катара отозвал Бахрейн. Саудовцы фактически контролируют это королевство, и решение об этом могло быть принято в Эр-Рияде, но к ним присоединились и Объединенные Арабские Эмираты — абсолютно самостоятельный игрок. На последнем саммите Лиги арабских государств в Кувейте вообще произошла удивительная история: на него из-за бойкота Катара и его эмира Тамима бин Хамада аль-Тани все лидеры ССАГПЗ делегировали второстепенных лиц. Это сделали даже хозяева: кувейтского эмира Сабаха представлял его наследник.

Страны Залива фактически объявили Катару ультиматум. Либо он прекращает поддержку «Братьев-мусульман» и всех других ассоциаций, занимающихся пропагандой политического ислама в арабском мире, а также высылает со своей территории идеолога движения «Братья-мусульмане» шейха Юсуфа Кардауи и распускает поддерживаемых Дохой боевиков, либо с ним будут происходить весьма грустные вещи. Причем санкции, которые предъявят Катару, будут отличаться от тех,

которыми сейчас угрожают России: там все будет гораздо жестче, вплоть до исключения из Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива.

 

Никто не тронет

 

— Сможет ли Катар выдержать такое серьезное давление со стороны своих арабских соседей? Какие у него есть варианты ответа?

— Катар и его молодой тридцатитрехлетний эмир сдаваться не намерены, поскольку понимают, что никакого особого ущерба Саудовская Аравия им нанести не сможет. У Катара после экспорта газа остается около 100 миллиардов долларов в год свободных денег. Территория крошечная, никакого демографического давления (в отличие от той же Саудовской Аравии) в эмирате нет. Он не боится угрозы вторжения со стороны соседа с двадцатикратно большим населением — ведь на территории Катара находится крупнейшая на Ближнем Востоке американская военная база. Все, что может Саудовская Аравия, — блокировать Катар с суши, однако эмират может проводить все экспортно-импортные операции через Персидский залив.

Поэтому он будет просто игнорировать любое давление и при этом пытаться продолжать наносить максимальный ущерб саудовским интересам в Египте и Ливии. Это будет аналог своего рода «войн по доверенности» (другое название — «войны на периферии»), которые протекали между СССР и США во время холодной войны. Мы ведь с американцами тоже воевали, но на плацдармах третьих стран — Никарагуа, Сальвадора, Анголы, Мозамбика, Вьетнама. Именно поэтому монархии Залива на своей территории превентивно ликвидируют все мыслимые и немыслимые ячейки «Братьев-мусульман», а в Египте сотни «братьев» приговорены к смертной казни.

— Однако предыдущий эмир тоже считал себя неуязвимым и в отместку получил попытку государственного переворота.

— США не допустят нарушения статус-кво, и если придется выбирать между саудовским руководством и катарским, они выберут последних. Над молодым эмиром не висит тень «Аль-Каиды», он, в отличие от Эр-Рияда, не претендует на атомную бомбу (саудовцы ее практически наверняка получат из Пакистана, и это еще раз покажет никудышность Обамы как президента). Катар представляет собой приемлемое для США будущее арабского мира: по госдеповским раскладам, именно «Братья-мусульмане» с их проектом политического ислама, имеющие огромное число сторонников и сочувствующих по всему арабскому миру, будут доминировать в арабских странах в ближайшие десятилетия. Наконец, американцы взяли курс на сближение с Ираном, и Саудовская Аравия тут Вашингтону явно не помощник — как и в деле активизации диалога с талибами.

— Каковы сейчас отношения у Катара с Ираном?

— Между сторонами идут переговоры. Активные контакты проходили на территории Ливана в теневом формате. Было обращение близких к руководству Катара людей к высшему руководству КСИР, контролирующего там шиитские военно-политические структуры, и была

налажена координация по совместным действиям против салафитских ячеек. Фактически боевиков «Хезболлы» за катарские деньги подрядили атаковать салафитские позиции в Ливане. Вчера такое казалось практически невероятным, однако Иран пошел на это после того, как Управление общей разведки Саудовской Аравии подняло на воздух иранское посольство в Бейруте, уничтожив ряд сотрудников КСИР. Сотрудничают стороны и в Йемене. Хауситы (близкое к Ирану племя в Йемене. — «Эксперт») сегодня находятся в нескольких километрах от Саны, и парадоксальным образом их действия против просаудовских группировок финансируют и Иран, и Катар.

Нынешнее антисаудовское сотрудничество фактически разблокирует отношения Катара с Ираном, которые были очень напряжены из-за дележа Северного и Южного Парса (пока на Иран были наложены санкции, Катар спокойно качал газ с общего шельфового месторождения). Понимая ценность неожиданного союзника против саудовцев, Иран, скорее всего, оставит Катар и его газ в покое, и, имея защищенный «катарский тыл», ударит по Саудовской Аравии с утроенной силой.

— Иран провозгласил выстраивание новых отношений со странами Залива. Будет ли Катар поддерживать вхождение Ирана в Залив в качестве некоего противовеса Саудовской Аравии?

— Наверняка. И не только он один — приход Ирана поддержит также султанат Оман. Он занял нейтральную позицию по Катару, никаких послов оттуда не отзывал и, кроме того, является крупным посредником в отношениях Запада с Ираном. У султана Кабуса и его лоббистов поддержки связей с Ираном из-за необходимости сотрудничества с ним по Ормузскому проливу и налаживания военно-технического сотрудничества свои планы. Вовлечением Ирана в дела Залива и уравновешением с его помощью влияния Саудовской Аравии Оман хочет добиться равновесия — и геополитического, и конфессионального. Ибадитскому анклаву, которым является Оман, выгодна изоляция как от шиитов, так и от суннитов (тем более салафитского толка) при ровных отношениях с ними.

  Источник Информации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Навигация по записям